• Квалифицированные адвокатские и юридические услуги в Испании. Более 20 лет практики - наши лучшие гаранты!
  • Наши адвокаты всегда найдут лучший выход из самой сложной ситуации, а Ваши права будут максимально защищены.
  • Мы очень дорожим каждым нашим клиентом и гарантируем высочайшее качество оказываемых юридических услуг.
  • Клиенты по достоинству ценят высокий профессионализм сотрудников, надежность и деловую репутацию нашей компании.
  • Представительство интересов клиентов нашей компании осуществляется во всех инстанциях и судебных органах Испании.


Экстрадиция из Испании

Как происходит процесс экстрадиции из Испании в Россию?
 

Сайт по всем вопросам экстрадиции из Испании: http://stopextradition.com/

 

Экстрадиция (лат. extraditio) — выдача одним государством другому лица для привлечения к уголовной ответственности.

В настоящее время общепризнан факт, что выдача преступников - это право суверенного государства, а не его прямая обязанность. Обязанность выдачи может быть только при наличии соответствующего международного договора и с учетом определенных условий.

Государство, направляя требование о выдаче, берет на себя обязательство не привлекать к уголовной ответственности и не подвергать наказанию лицо за те преступные деяния, за которые выдача не была произведена. Собственно экстрадиция преступника или подозреваемого государству, на территории которого он совершил преступление, - дело довольно длительное, состоящее из множества формальностей.


В большинстве случаев данная процедура осуществляется с помощью Интерпола (Interpol). Прокуратура страны, требующей выдачи своего гражданина, должна направить в штаб-квартиру Интерпола запрос-ориентировку с разъяснением, в чем он обвиняется и на каком основании. Затем Интерпол принимает решение об объявлении человека в международный розыск.

Если лицо, на арест которого есть санкция Интерпола, задержано на территории какого-либо государства, суд этого государства должен принять решение о выдаче разыскиваемого. Только после принятия положительного решения судом происходит собственно передача преступника.


Весь процесс сопровождается гигантской бюрократической перепиской между странами и занимает обычно несколько месяцев. Впрочем, участие Интерпола не является обязательным, и экстрадиция может осуществляться на основе двусторонних соглашений.

Процедура при этом выглядит примерно так же. Правонарушения, связанные с гражданско-правовой и административно-правовой ответственностью, не могут служить основанием для постановки вопроса о выдаче того или иного физического лица.


Процесс экстрадиции инициируется Генеральной Прокуратурой Российской Федерации или другого государства, которая подаёт формальный запрос в Международный Отдел Интерпола на задержание и выдачу лица, совершившего преступление у себя на Родине и впоследствии скрывающегося от правосудия за границей.

Запрос может быть подан Генеральной Прокуратурой в международные инстанции на основании ходатайства Следственного Комитета, Областной или Районной Прокуратуры и других компетентных органов в розыске фигуранта уголовного дела, пытающегося избежать правосудия вне юрисдикции судебных органов своей страны.

Основной принцип определения юрисдикции в уголовных делах заключается в определении того, насколько компетентны органы следствия и суд страны, где предположительно было совершено преступление, в расследовании данного дела и в вынесении судебного решения.


В проблематике юрисдикции есть и личный аспект. Уголовные суды обычно не проводят слушания в отсутствие обвиняемого. Поэтому в международном контексте приобретают особое значение двусторонние соглашения о выдаче подозреваемых.

Определение характера преступления относится к внутренней политике государства, на территории которого находится беглец. Борьба с преступлениями, носящими международный характер, предусмотрена международными правовыми документами.


Для приведения приговора об экстрадиции в исполнение, к требованию о выдаче должны быть приложены заверенная копия приговора, с отметкой о вступлении его в законную силу и текст уголовного законоположения, на основании которого лицо осуждено. Если осужденный уже отбыл часть наказания, сообщается и об этом (п. 3 ст. 58 Конвенции Совета Европы о выдаче правонарушителей 1957 г.).

Ходатайство Генеральной Прокуратуры в Интерпол сопровождается постановлением об объявлении в Федеральный Розыск скрывающегося субъекта и другими официальными документами, в которых указанна сущность свершённого преступления, доказательная база виновности разыскиваемого лица и возможный срок наказания за свершённое преступление.

Также в Интерпол передаются копии паспортов, фотографии и отпечатки пальцев разыскиваемого, если таковые имеются в наличии, а так же места предполагаемого нахождения беглеца.


Интерпол, в свою очередь, вносит всю полученную документацию в свою базу данных, с предписанием государству, обнаружившему и задержавшему разыскиваемое лицо, незамедлительно инициировать процесс его экстрадиции в страну, требующую его выдачу.

Следует принять во внимание, что Интерполом удовлетворяются далеко не все запросы на международный розыск, многие ходатайства не принимаются ввиду отсутствия доказательной базы вменяемого разыскиваемому лицу преступления, неполноте необходимых сопроводительных документов, несоблюдением процессуальности ходатайства и других факторов, без которых международный розыск не может быть объявлен.


В случае соблюдения всех необходимых процессуальных формальностей со стороны Генеральной Прокуратуры государства, ходатайствующего в выдаче преступника, Интерпол отправляет всю имеющуюся у него информацию о беглеце в Комиссариаты Интерпола, имеющиеся практически во всех странах мира, а также передаёт информацию Европолу, VIS/Schengen II, бюро Supplementary Information Request at the National Entry – SIRENE и другие компетентные органы стран, ответственные за локализацию и поимку скрывающегося лица.

Примите к сведению, что Комиссариаты Интерпола, по своей инициативе и служебному рвению, не занимаются активным поиском лиц, объявленных в международный розыск по линии Интерпола, а предпочитают пассивную форму локализации беглеца.

Иными терминами, они занимают позицию выжидания, в надежде, что разыскиваемое лицо рано или поздно где то "засветится" и тогда они проведут его задержание и представление перед судом, присвоив себе лавры бескомпромиссных борцов с международной преступностью.


Как правило, многие преследуемые лица, имеющие за своими плечами приличный стаж "нахождения в бегах" и ухода от преследования, допускают тактические ошибки и недопустимые подобным "профессионалам" промашки, несвойственные даже новичкам, недавно прибывшим за рубеж. Осознав и убедившись на своём опыте, что их активным поиском за рубежом никто не занимается, асы - беглецы непозволительно их статусу расслабляются и полностью теряют бдительность.

После шоковой терапии, сопутствующей смене страны проживания, адаптации на новом месте и постоянным паническим страхом быть обнаруженными и выданными, "джентльмены удачи" медленно, но верно, начинают расплавляться под жарким солнцем Испании, напрочь теряя присущую им ранее бдительность.

Постепенно влившись в местное общество, видя, что их присутствие не вызывает ни у кого внимания и подозрения, беглецы начинают забывать, что они не обычные законопослушные граждане, с соответствующими на то гражданскими правами, а преследуемые международным розыском нарушители закона.


Уверовавший в свою недосягаемость со стороны закона беглец начинает вести подобающий светский образ жизни, посещая рестораны и ночные дискотеки, в которых он расплачивается старыми российскими кредитками на своё имя, путешествует по стране, селясь в отелях, в которых он также расплачивается своей кредитной картой и предоставляя для регистрации свои старые паспорта и другие удостоверения личности.

Вот тут и начинаются настоящие проблемы для "Бони и Клайдов" - испанские престижные отели, не говоря уже о захолустных провинциальных пенсионах, в обязательном порядке, ежедневно предоставляют местной полиции списки поселившихся у них клиентов.

О возможности банка отследить транзакции кредитной карты, при наличии на то соответствующего полицейского ордера, распространяться, наверное, будет излишне. Таким образом, испанская полиция, получает точную локализацию своего клиента на экстрадицию.


Дальше - проще, с момента поступления сигнала о локализации разыскиваемого лица, местная полиция передаёт информацию в штаб-квартиру Интерпола в Испании и подготавливает операцию по задержанию беглеца. По неизвестно откуда сложившемуся обычаю, полиция предпочитает производить идентификацию и задержание разыскиваемого ранним утром.

В номер, к видящему сладкий сон и ничего не подозревающему "русо-туристо-облико-морале", беспардонно врывается (пардон - тихо и нежно постучав в дверь и, надлежащим образом идентифицировавшись, как обычно следует из протокола задержания), наряд полиции, который убедившись, что перед ними находится действительно разыскиваемый, производит задержание и препровождение полусонного и кое-как одетого беглеца в местное отделение полиции.


Теоретически, у локальной полиции имеется в распоряжении максимум 72 часа для содержания задержанного в СИЗО (Dependencia Policial), до истечения которых, задержанный должен предстать перед провинциальным судом, определяющим дальнейшую меру пресечения и его незамедлительную передачу в юрисдикцию Национальной Палаты города Мадрида (AUDIENCIA NACIONAL), имеющую эксклюзивные легальные полномочия в процессах экстрадиции.

На практике, всё происходит совсем иначе. Задержанный, на основании решения провинциального суда о его заключении под стражу, препровождается в провинциальную тюрьму, где неделями может ждать своего этапирования в Мадрид.


Провинциальный Суд никогда не возьмёт на себя ответственности об освобождение из-под стражи задержанного (Libertad provisional), а изберёт мерой пресечения содержание в заключение (Prision preventiva).

После этапа из провинциальной тюрьмы в Мадридскую тюрьму "Сото дель Реаль" или "Вальдеморо", а иногда непосредственно с самого этапа, заключённый предстаёт перед Судом Национальной Палаты Мадрида, где будет рассматриваться его "Situación personal" - "персональная ситуация", то есть, избрание дальнейшей меры пресечения. Повторимся, на данной стадии, суд не рассматривает экстрадицию, как таковую, а лишь избирает для задержанного меру пресечения.


На предварительном суде (Comparecencia) присутствует Судья (Juez), Прокурор (Fiscal), Адвокат (Abogado), Авторизованный Переводчик (Traductor Autorizado) и Задержанный (Detenido). Родные и близкие на заседание не допускаются.

Переводчик, выбранный стороной защиты, получает отвод суда. Переводчик, назначенный судом, обычно является гражданином или гражданкой любого государства бывшего СНГ (обычно это украинцы или армяне, изредка встречаются и другие национальности), кроме Российского.

Данный казус обусловлен системой обучения и сдачи экзаменов в Испании - если ты гражданин России, то ты не можешь сдавать квалификационные экзамены по русскому языку, так как он считается родным языком, а, следовательно, не можешь получить официальный диплом аккредитации переводчика.


Нонсенс - официальный присяжный переводчик (Traductor Jurado Oficial), заявляемый стороной защиты, имеющий испанское гражданство, высшее лингвистическое образование и сдающий ежегодные квалификационные экзамены по русскому и испанскому языку перед Министерством Иностранных Дел Испании, не допускается и отводится судом, а перевод осуществляется субъектом не имеющим к русскому языку абсолютно никакого отношения.

Не мудрено, что "коррумпированный адвокат" переводится им как "протухший адвокат", а при необходимости дословного перевода достаточно длинного юридического термина, суд получает нечленораздельное мычание и подобие "моя твоя не понимать, насяльник".

Хотя, надо признаться, в нашей практике встречались и исключения, когда общий смысл перевода доходил до участвующих в прениях сторон, но случалось это ну уж очень редко.


Именно на данном этапе процесса, необходимо своевременное вмешательство квалифицированного в процессах экстрадиции адвоката, который сможет убедить суд освободить своего подзащитного из предварительного заключения и изменить ему меру пресечения на подписку о не выезде, периодической отметке в суде и/или под залог.

Далее, в случае, если адвокату не удалось убедить суд в освобождении своего доверителя, имеется возможность подачи двух апелляций - первая (репозиционнная) перед судом (судьёй), вынесшим постановление, вторая - перед коллегией, состоящей из трёх судей.

Уповать на первую апелляцию нет смысла, так как судья, вынесший своё решение, вряд ли его изменит, а вот апелляция перед коллегией имеет достаточно шансов на успех, так как решение выносится при консилиуме трёх независимых судей.


Далее, Национальная Палата передаёт дело в Совет Министров Испании (Consejo de Ministros), который выносит своё решение о применимости или неприменимости экстрадиции к данному делу и возвращает дело в Национальную Палату с принятой резолюцией.

Как правило, Совет Министров всегда выносит положительную резолюцию, так как если между странами, втянутыми в данный процесс, существуют взаимно подписанные договоры и действует, вернее, будет сказать - превалирует, принцип "ты мне - я тебе", то политики особенно не вдаются в подоплёку процесса и дают делу ход.


Совет Министров Испании извещает Дипломатическую Миссию (Посольство) России в Испании о задержании разыскиваемого лица и инициировании процесса по его экстрадиции на Родину.

В своём официальном уведомлении, Совет Министров предписывает Посольству, в течение 40 дней с момента получения официального уведомления, предоставить Суду Национальной Палаты все необходимые документы, имеющие отношение к делу рассматриваемой экстрадиции, хотя раньше сроки предоставления материалов дела начинали свой отчёт с момента задержания субъекта.

Вся сопутствующая процессу документация должна быть переведена, со стороны требующей выдачи, на испанский язык.

Как обычно, Российская Фемида практически никогда не укладывается в отведённые на то законом сроки и просит суд продлить срок предоставления материалов дела ещё на 40 дней, что, в принципе, позволяет, в исключительных случаях, международное законодательство, применимое к процедуре пассивной экстрадиции.


Принимая решение о продлении срока перевода и представления сопутствующих документов (Prórroga del plazo), суд обычно руководствуется термином "Sentido común", то есть "здравым смыслом", что подготовить, перевести на испанский язык и предоставить суду материалы процесса, иногда исчислимые многими томами уголовного дела, в сорокадневный срок просто физически невозможно, а по сему, мы, Николай II, повелеваем - прошение принять и особенно не торопиться - позволить.

А то, что задержанный, в случае его нахождения в тюрьме, содержится в предварительном заключение, банальным образом выражаясь без суда и следствия, то до этого никому нет и дела.


Многие адвокаты, не особенно компетентные в процессах экстрадиции, ошибочно считают, что легальный срок предоставления материалов дела со стороны, требующей выдачи, является фиксированным (40 + 40 дней возможного продления), что полностью не соответствует действительности.

В случае если задержанный находится в тюремном заключении, данные сроки должны быть формально соблюдены, а, в случае нахождения субъекта на свободе, сроки предоставления документов дела могут быть продлены по решению суда и в значительной мере увеличены.

Приоритетному рассмотрению подлежат процессы, в которых задержанный находится под стражей, а не был выпущен с предварительного суда (Comparecencia) на свободу под подписку и/или залог.


В случаях, если задержанный находится под стражей, предусмотренный законодательством максимальный срок получения из российской прокуратуры материалов дела (40 дней, плюс ещё 40 дополнительных дней по запросу Дипломатической Миссии РФ и по решению суда) должен быть соблюдён, в обратном случае, заключённый подлежит немедленному освобождению из тюрьмы.

Абсурдность судебной системы Испании в процессах экстрадиции в целом и конкретно на данном этапе, заключается в следующем - если сторона защиты не произвела своевременного ходатайства в немедленном освобождение своего подзащитного из-под стражи на основании несоблюдения срока, отведённого на предоставление материалов уголовного дела, то есть, нарушению процессуальных норм, то суд считает, что защита полностью согласна с избранной судом мерой пресечения и возможностью, на усмотрение Генпрокуратуры РФ, предоставления переведённых материалов дела вплоть до заседания суда.


Нонсенс, абсурд, беззаконие - скажет обыватель (обычно, негодуют родственники и близкие задержанного), ан нет, резюмирует судья и вынесет определение - ошибка и бездействие стороны защиты, мы, дескать, не должны следить за тем, что находится в прямой компетентности адвоката и принимать решения в одностороннем порядке "de oficio".

Тут мол, если прокуратура не ратифицирует освобождение, а сторона защиты не ходатайствует в свободе своего подзащитного, то с нас взятки гладки, как выражался Глеб Жеглов из знаменитого сериала "Место встречи изменить нельзя" -
«вор должен сидеть в тюрьме...и он будет там сидеть, я сказал».
 
На данном отрезке процесса, какие либо значимые процессуальные действия адвоката являются бессмысленными, за исключением подачи апелляции на пересмотр меры пресечения своего подзащитного, в случае, если он содержится в тюрьме.

Настоятельно не рекомендуем подавать апелляции "на вес", то есть, обширные обжалования, страниц эдак на 20-100, в которых защита выставляет своего доверителя как "ни разу не разбившего ни одной тарелки", "безвинно оговоренного", "жертвой российской судебной системы" и так далее.

Повторяемся - суд, на данном этапе, рассматривает исключительно меру пресечения задержанного, а не его участие и виновность в рассматриваемом деле.

Для изменения меры пресечения, адвокат должен "без возможности каких-либо сомнений" (Sin lugar a cualquier duda razonable) доказать, что его подзащитный не предпримет очередной попытки скрыться от правосудия и вновь не подастся в бега. Только в этом случае, суд может согласиться на изменение меры пресечения, потребовав дополнительные гарантии, в качестве достаточного денежного залога.


Апелляции "тяжёлой весовой категории", с уклоном на невинность подзащитного и характеризующие его как "божественное создание", как правило, не рассматриваются судом по существу. После прочтения двух-трёх страниц, судья и прокурор начинают медленно засыпать, а после пробуждения следует неизменная резолюция - отказать.

И не мудрено - после нелёгкого дня рассмотрения процессов по баскским террористам, террористам из местного отделения Аль-Каиды и других "важняков", им меньше всего импонирует рассмотрение "писульки" провинциального крючкотвора Дона Педро де Мухосранского, в которой даже элементарно не соблюдены процессуальные формы, полностью отсутствую мотивы для пересмотра ранее вынесенного решения, а невинность задержанного расписана в 20-ти томах сочинения.


На этой стадии процесса, сторона защиты собирает доказательную базу, свидетельские показания и другие материалы, которые в дальнейшем будут предоставлены суду.

Также, на данном этапе, защита имеет право ходатайствовать в предоставлении, со стороны прокуратуры государства, требующего выдачи субъекта, дополнительных материалов следствия и доказательств виновности своего подзащитного, которые защита посчитает необходимыми для дальнейшего рассмотрения дела в суде.


Необходимо учесть, что вся переписка с Судом Национальной Палаты, на который по распределению выпала юрисдикция рассмотрения процесса, должна вестись, в обязательном порядке, при посредничестве Поверенного Трибуналов (Procurador de los Tribunales), который назначается стороной защиты или судом, если обвиняемому ассистирует на процессе бесплатный государственный адвокат (Abogado de Oficio).

В случае если обвиняемого защищает бесплатный адвокат, то и услуги поверенного трибуналов являются бесплатными, в обратном же случае, услуги поверенного трибуналов оплачиваются доверителем по фактуре поверенного трибуналов.


Как правило, когда вся необходимая и дополнительная документация по рассматриваемому делу собрана и переведена на испанский язык, суд, путём поверенного трибуналов, извещает стороны о дате заседания.

С этого момента, начинается рассмотрение дела "по существу", временного пространства и количества заседаний фактически не существует, то есть, решение может быть принято как на одном единственном заседании, так и в течение 5-10 заседаний, всё зависит от объёма сопровождающих дело материалов.


Стороне защиты не стоит строить радужных иллюзий относительно того, что суд будет вдаваться в подробности дела и рассматривать причастность или виновность задержанного во вменяемом ему преступлении, единственное, что реально подлежит рассмотрению со стороны испанской Фемиды - это легитимность формулировки запроса на экстрадицию, его соответствию международным правовым нормам, соответствию в мерах наказания за аналогичные преступления в разных странах, срок давности, применимый к рассматриваемому делу и соблюдению процессуальных норм, применимых к данным процессам. Не более того.

Проблематичность и непредсказуемость процессов, связанных с экстрадицией из Испании в Россию, заключается в том, что Национальная Судебная Палата (AUDIENCIA NACIONAL), рассматривающая дела по экстрадиции, (в отличии, например, от Американской или Английской Фемиды), изначально отказывается "A Priori" вдаваться в подоплёки и детали рассматриваемого уголовного дела (что и не удивительно - Россию умом не понять, а аршином не измерить), которое ведётся на территории Российской Федерации.

Позиция, конечно же, очень удобная, но насколько она соответствует международным нормам, регулирующим данные процессы, остаётся, без сомнения, под большим вопросом.


Логическим завершением процесса экстрадиции, после долгих выступлений сторон (Прокуратуры и Защиты) и многочасовых судебных прений, является вынесением трибуналом финального вердикт о выдаче или отказе в выдаче задержанного на территории Испании беглеца.

Данное постановление Суда Национальной Палаты, возможно обжаловать, в установленные на то законом сроки, перед Залом Суда Национальной Палаты (Sala de lo Penal de la Audiencia Nacional), в (Tribunal Constitucional) - Конституциональном Трибунале Испании (исключительно в случае, если были нарушены конституциональные права задержанного или не соблюдены процессуальные нормы), перед Международным Судом по Правам Человека и, в итоге, перед Правительством Испании.


Существует прецедент обжалования приговора, вынесенного Правительством Испании, принятому к рассмотрению в Верховном Трибунале Юстиции Испании (Tribunal Superior de Justicia), но так, как судебная система Испанского Королевства, к нашему великому сожалению, не базируется на прецедентном судопроизводстве и объединённых критериях судопроизводства, как то принято во всех цивилизованных странах мира, а на партикулярном мнении и по усмотрению каждого отдельного суда, то уповать на данный прецедент, думаем, не стоит.

Испанская правовая система полна всевозможных судебных ляпсусов и казусов.

Только действительно грамотный и квалифицированный адвокат сможет разобраться во всех её хитросплетениях.